КОРОЛЕВСКИЙ КРЕСТНИК

Один бретонский король страшно любил путешествовать. Дороги в те времена были никудышные, поездки длились долго. И вот как-то раз пришлось самодержцу заночевать в хижине простого дровосека. А у того жена рожала. Получился мальчик, назвали Эффламом. Король от радости записался в крестные и оставил ребенку кольцо - когда тот подрастет, пусть идет во дворец, там его по перстню сразу узнают и примут как родного.

( Read more... )

* * *

Это сказка была. А вы что подумали? Или вам это несвойственно?

ЧЕРЕП

Собрались два приятеля на карнавал. Один купил маску, а другому денег не хватило. Ничего, найду себе даром, не унывал бедняк.

Шли они мимо кладбища. Там весёлый голодранец подобрал чей-то череп и приспособил его к своей голове - чем не маска! Товарищ пытался его образумить, но тот только хохотал в ответ.

На карнавале он пугал всех своей "маской", и ему это страшно нравилось. Когда наступила ночь, повеса вставил в пустые глазницы свечи, отчего череп приобрел еще более зловещий вид.

Под утро, возвращаясь с праздника, парень бросил черепушку в кучу костей на том же кладбище и сказал: "Ты сослужил мне добрую службу! Приглашаю тебя сегодня на ужин."

Весь день выпивоха продрых, проснулся ближе к вечеру. В голове был туман, в желудке вакуум.

Только он накрыл на стол, как слышит, кто-то скребется в дверь. Открыл, а там жуткий скелет: "Ты звал меня на ужин. Так я пришёл."

Бедолага вскрикнул и упал замертво.

* * *

Сюжет из разряда архетипов, свойственный не только бретонскому, но и, наверное, любому другому фольклору планеты Земля. И русскому, и даже чеченскому. Только не все помнят, что шутить со смертью, а у ж тем более, куражиться над ней...

Всем, кто в эти дни ждал, надеялся, отчаивался, верил, любил, ненавидел, спорил, ругался, плакал, не спал и работал, посвящается.


КАК ПАСТУХ СТАЛ КОРОЛЕМ. ДЕЛО БЫЛО, КОНЕЧНО, В БРЕТАНИ...

Жил да был король бездетный. Пообещал он как-то отдать свое королевство тому, кто заставит его сказать: "Это неправда!" Много народу к нему за три года наведывалось, но никому так и не повезло. В последнее время уж и ходить перестали.

И вот является вдруг во дворец пастух, требует высочайшей аудиенции. Хочу, мол, с королем поболтать. Тот принял его чин-чинарем.

- Не желаете ли табачку, Ваше величество? Вот в наших краях порция бочек пять на один разочек - самое то для мужчины считается.

- Оно и не удивительно. Бывал я в ваших лесах, там все табаком усеяно, каждый лист три сотки размером, не меньше.

- Наверное заметили, какие у нас все крепыши. Лет десять назад задумал господин, а сам он из Венеции был, перетащить туда свой дворец. Дюжина мужичков поднатужились, подцепили замок, в сани погрузили, да так до Венеции и доволокли.

- Охотно верю, - говорит король. - Как раз когда я по вашему лесу прогуливался, видал этих молодцов. Повозка та была такой длинной, что они из одного конца в другой друг друга не видали, а только перекрикивались.

- Только не всю дорогу они повозкой дворец тащили, пришлось и морем плыть. Погрузили хозяйскую резиденцию в корабль, да такой, что на мачтах в смотровых корзинках помещались целые города, а между ними по канату шла железная дорога.

- Знавал я мастера, который плел веревки величиной с мой замок.

- Это ж зачем такие?

- Вот, думается мне, как раз, чтоб рельсы на них класть удобно было.

- И то правда, Ваше величество. Я отлично помню, как этот прекрасный дворец был украден в Риме одним из наших молодцов. А чтоб его не поймали, спрятал он замок в сапог, да вот в эти края и притащил.

- Ну и врун же ты братец! - взвился король. - Это было уж сто лет как тому назад, а ты якобы помнишь, да на вид-то тебе не больше тридцати!

- Вот Вы и попались, - засмеялся в ответ пастух.

Тут и король развеселился. Куда деваться, оставил наследство хитрецу.

* * *

Вот такая дурацкая сказка, пересказанная мною со слов Поля Себийота, который сам услыхал ее от Франсуа Маркера из Сен-Каста в году 1882 от Р.Х.

P.S.

Давайте жить долго!

Речь пойдет о событиях, имевших место быть в те же времена, что и рыцари круглого стола с королем Артуром во главе. История даже некогда пропагандировалась церковью как победа над кельсткими богами в Бретани, ибо принцесса Даут была последней особой царственных кровей, сопротивлявшейся введению христианства в этих краях. Многие верят.

В тихую погоду можно слышать, как звонят колокольни погибшего города. Этими звуками, кстати, вдохновился Дебюсси, сочинив весч под названием "Затонувший храм".

* * * * * * * * * *

ЛЕГЕНДА ГОРОДА ИС

Был в Корнуэе король по имени Грандлон. Он частенько отправлялся со своей многочисленной флотилией грабить северных соседей, возвращаясь всегда с богатой добычей. ( Read more... )

* * * * * * * * * *

В сущности, любой турист и сегодня может посетить место трагедии и послушать колокола. Это в Дуарненезском заливе. Местечко называется Пульдавид, "дыра Даут" по-бретонски, что в нескольких километрах от города Дуарненез.

А вот что можно прочесть в "Мифах древней Греции" у Роберта Грейвза:

"Согласно валлийской легенде об исчезнувшей стране Дифед (которую вопреки здравому смыслу располагают в заливе Кардиган), море разрушило насыпи и дамбы и уничтожило шестнадцать городов. Хи Брасил в Ирландии, город Ис в Бретани, корнуольский Лионесс (который настойчиво располагают между Корнуолом и островами Силли), французский остров Верт, португальский Илья Верде — это все варианты этой легенды. Однако, если египетские жрецы действительно сказали Солону, что катастрофа произошла далеко на западе и что спасшиеся переселились "за Геракловы столпы", то Атлантиду можно легко обнаружить."

ИСТОРИЯ БРИЕРСКИХ БОЛОТ

Большие бриерские болота с их протоками и пышной растительностью, где часто можно слышать крик птицы или зверя, не всегда были такими.

В былые времена, так давно, что никто уж не припомнит, когда это было, вместо трясины стоял там огромный замок с башнями, а вокруг - парк с роскошными деревьями. Хозяин жил уединенно, выездов не делал и лишь изредко совершал прогулку по саду. Поговаривали, будто он открыл секрет бессмертия и умел делать золото. Во всяком случае, был он баснословно богат. Только вот сокровища свои все зарыл на каком-то холме.

Как-то раз прибыл в эти места один колдун. Он прослышал о богатствах и решил ими завладеть. Колдуну удалось вызвать страшную бурю, которая смела все и вся в округе, повырывала все деревья в лесу и разрушила замок до основания, будто и не было его. Начался потоп...

Тем временем, колдун кинулся было за сокровищами и видит - из холма выскочил гном с большущим мешком и исчез прямо под дольменом Крюго. Злодей бросился за ним, стал рыть землю под камнем, но поздно - поток воды от вызванного им же наводнения настиг и его. Колдун утонул.

Спаслись только один бык и женщина, которые успели вскарабкаться на высокий пригорок, не затопленный во время урагана.

Что касается дольмена Крюго, никто не рискует искать под ним богатства, опасаясь проклятья хозяина замка.

Ночью на болотах можно видеть мерцание позади плоскодонок, на каких плавают местные крестьяне по болотным протокам. Одни говорят, что это души людей, принесенных в жертву друидами, которые хозяйничали здесь в древности. Другие считают, что это души утонувших в ту жуткую бурю.

А вот колдуны все еще охотятся за богатством дольмена Крюго. Часто летними вечерами в воздухе разносится свист. Это кортежи проезжающих мимо колдунов. Слышать этот свист считается плохой приметой.

ВОТ И ВСЯ ИСТОРИЯ

Действительно, Бриерские болота существовали не всегда - иногда со дна достают еще пни старинных деревьев. Как минимум, природный катаклизм имел место. Легенда перекликается со знаменитой историей затопления города Ис.

В общем, все просто и понятно. За исключением, пожалуй, колдунов. Мне они всегда представлялись людьми, которые просто владеют определенными знаниями и умениями, но при этом не являются ниоткуда и не исчезают в никуда - у них как минимум должен быть почтовый адрес и дурная репутация. Тут же колдуны доведены до состояния существ потусторонних, они всегда невидимы, всегда во множестве, все эти призрачные кортежи со свистом. Странно.

Есть у французов существо, которое они называют lutin. Это такой веселый дух-проказник, который постоянно вьется вокрук человека и делает всякие пакости. Он может быть домовым. А может и болотным.

Вот какой отважный:




Нарисовал Erle Ferronniere.

Почти Karreg Kolle Porh-en-Dro:

Наиболее известной болезнью, связываемой с вампирами, является порфирия.
Интересно, является ли аллиумофобия побочным явлением порфирии?

Удалось отыскать полный перечень всех фобий. Хотелось найти у себя что-нибудь элегантное - например, боязнь утраты родного языка, и неплохо бы на латыни. По прочтению списка от и до желание увяло. Можно бравировать ксенофобией, гомофобией, юдофобией и проч. Все-таки это не столько болезнь, скорее, скудность ума. А вот настоящий страх перед самолетом с истериками за месяц до вылета или клаустрофобия - это уже серьезно. Какой-нибудь медортофобией страдать тоже крайне неприятно. Но встречаются и совсем жуткие вещи.( Read more... )

В общем, есть над чем поразмышлять. О жизни. Или вот хоть о словах. Прософобия - болезнь людей с куриными мозгами. Ценофобия бывает свойственна тем, кто скупится на мебель. Метрофобия - боязнь поэзии, зато музофобия - боязнь мышей.

Самый загадочный недуг - психофобия. Буйнопомешанные тут ни при чем. Это боязнь души. Пытаюсь представить себе, как это - и не могу. Самый оскорбительный - гиппопотомомонстросесквиппедалиофобия. Потому что это, представьте, именно боязнь длинных слов. Такое неизлечимо, ведь больной никогда не сможет ответить на вопрос "Вы на что жалуетесь?" в районной поликлинике.

Вот она, королева корриганов:




Из комиксов Civiello.

Удивляет обилие великанов с драконами в старых сборниках сказок и их почти отсутствие в новых. При том, что всякой гномо-эльфийской мелочи стало не в пример больше.

Видимо, с приходом космической эры все крупное на земле уже сочтено и по полочкам разложено. Поверить, будто где-то в ближайшей лесопосадке затаился великан, очень и очень трудно. Особенно если речь идет о европейском лесе, который мало того, что был когда-то изведен под ноль и снова с ноля взращен, вдоль и поперек измерян, стрелками помечен и давным-давно поделен мелкими кусочками между средней руки буржуйчиками, так там еще и дорожки чуть не пылесосом прибирают! Нет жизни драконам в этом кошмаре.

Остается тешить себя надеждой на то, что притаился где-нибудь под кусточком маленький народец, халатно не замеченный уборщицей с Филиппин. Потому что совсем без чудес никак.

Сказка про ночных прачек - это скорее деревенский рассказ-страшилка из разряда "был такой случай", недаром в оригинале он конкретен до неприличия - имена, фамилии, точные географические ориентиры. Симпатичен своим простодушием. Лично я скорее поверю в то, что пьянчужку разыграли друзья-приятели или у него сделалась горячка белая, чем в реальную мистическую подоплеку. Единственное, что меня зацепило, это личность Анку, которого принято считать персоннификацией смерти в бретонском фольклоре. Здесь он не самое смерть, а только ее прислужник.

С корриганами все понятно. Обычная нраволечилка, как везде. Повествование заметно подверглось обработке со стороны "грамотных" слоев населения. Заинтересовало меня корриганами как таковыми (последнее мое увлечение - серия красивейших французских комиксов об этих гномоподобных существах) и тарелкой-самобранкой (вековечная мечта мирового пролетариата, видимо).

Что касается угольщиков, то это набор стереотипных символов. Семимильные сапоги, шапка-невидимка, сабля без промаха - "вот если бы у меня был апельсин, я бы ух!" В остальном все непонятно. Допустим, сюжетная линия, первая-вторая-третья ночь, три сына, жар-птица - птица-голубица - царевна-лягушка - девица-раскрасавица - все это укладывается в схемы Проппа, Женетта и иже с ними. Но вот "заветная комната". Что это? Почему так часто встречается в сказках? Никто из классиков меня пока не убедил. Интересно слушать новые версии и придумывать свои. Еще одна французская "фенечка" - трюк с новым и старым ключом. Почему ключ? Эвфемизм? По-моему, симпатично.

Самое вкусное, на мой взгляд, сказка про пастушка с ослом. Сюжетная линия схематична и проста, так что оставим ее. Удивительны детали. Самая шокирующая - надпись промеж ослиных ушей. Грамотный пастушок это уже само по себе чудо, правда? Очевидно, эта мелочь была добавлена "читающими" бабульками. Забавно представлять себе, как постаревшая бретонская королева-мать приукрашивает (адоптирует!) для засыпающего внучка-принца сказку, давно-давно услышанную от собственной деревенской няньки. Далее, осел просачивается сквозь узенькое окошечко конюшни. Что это? Зачем это в сказке, которая как жанр не терпит случайностей? Затем еще более непонятное происшествие - осел почему-то не сразу вырывается на волю, а попадает в новое замкнутое пространство - сад, окруженный стенами! Это уже просто мистика...

И, наконец, сказочное время. Символика его заставляет поломать голову. Два года. Пять лет. Семь лет. Девять лет. Понятнее всего три дня. Остальное - разминка для мозгов. Есть о чем поразмышлять.

Итак, мой интерес к этим текстам, я надеюсь, ясен. Почему не перевод, а пересказ? Это сказки. В них главное - суть, а не нагромождения языковых "примочек", которые мне в данном случае безразличны. Если бы возникла необходимость публикации, несомненно пришлось бы переводить и ссылаться на автора сборника этих сказок (человек вне всякого сомнения достойный похвалы, книжка увесистая, труд проделан огромный - выуживать крупицы умирающей культуры устного повествования по деревням современного технократического мира это своего рода героизм). Пока такой необходимости нет.

Жили-были угольщики, отец и три его сына. Каждую ночь один из них оставался следить за огнем.

Как-то раз во время дежурства явилось отцу диво дивное. Красавица, которая то огненным шаром становилась, то снова девицей.

Не хочешь ли ты на мне жениться, спрашивает. Нет, ответил старик, но завтра у огня останется мой старший сын, может быть он...

На другую ночь старшему сыну явилась таже девится с тем же вопросом. Нет, ответил он, но завтра здесь будет мой средний брат...

На третью ночь среднего брата спросила. Нет, но, возможно, наш младший согласится...

На четвертую ночь младший брат только взглянул на красавицу и уж отпираться не стал.

Увезла она его в свой роскошный замок посреди огромной долины. Сыграли они свадьбу и зажили ладно и счастливо.

Однажды принцесса засобиралась куда-то на три дня, дала мужу ключи от всех помещений и строго-настрого запретила заглядывать в одну только комнату. С тем и уехала.

Заскучал без нее наш угольщик. Все комнаты облазил, добрался до последней, заветной. Так и сяк вокруг повертелся, да не стерпел, заглянул в замочную скважину. А там его раскрасавица сидит и волосы расчесывает, и от этого с ее гребенки золотые монеты сыпятся.

Вернулась она, как обещала. Я, говорит, знаю, что ты за мной подглядел. На сей раз уеду не на три дня, а на семь лет. Только ее и видали.

Как пятый год пошел, угольщик совсем сам не свой стал. И долина ему уже пустыней казалась, ни куста, ни деревца. Решил идти жену искать.

Добрел до леса. Видит, дерево огромное с дуплом, а к нему веревочная лестница приделана. Ага, думает, вот где моя женушка пристроилась! Вскарабкался наверх, а там постель немеряная. Ну, точно, тут она пригрелась! Забрался под кровать, затаился и ждет.

Вечером влез в дупло какой-то человек и на постель спать завалился. За ним другой. Потом и третий. Лежат рядочком, похрапывают. Ночью первый из них проснулся и спрашивает, а что, мол, друзья, вы сегодня раздобыли? Второй отвечает, сапоги семимильные. Третий, шляпу-неведимку. А я, говорит первый, саблю, что рубит без промаха! И снова захрапели мертвым сном.

Выбрался из-под кровати наш герой, трофеи ихние похватал, да и припустил своей дорогой.

По пути решил заночевать в одном доме. А хозяйка ему и говорит, оставайся, мил человек, ежели сынков моих не боишься - Мороза, Ветра и Дождя. Да я не пугливый, ответил наш путник. На том и поладили.

Спит, а сам чует, холодно. Хозяйкины сыновья вернулись. Проснулся и спрашивает у Ветра, не встречал ли он принцессы, которая семь лет как замужем, а теперь снова собирается? Видел и показать могу, коли за мной поспеешь! Как не поспеть, когда есть семимильные сапоги!

Донес его ветер до какого-то замка. А там как раз у окна наша красавица в подвенечном наряде. Грустит.

Надел угольщик свою шляпу-неведимку, подобрался к ней поближе, да снял. Тут она его и заметила.

А вечером был предсвадебный пир. Невеста встала и спрашивает у гостей, что, мол, верней, старый ключ или новый? Старый, старый, закричали гости. А один заголосил, новый, мол! Тут прежний принцессин муж вскочил, саблей своей геройской рубанул, снес новому женишку голову, не промахнулся. Шляпу-неведимку снял, принцесса ему страшно обрадовалась.

Сыграли свадьбу по-новой. С тех пор и не разлучались никогда.

В общем, все умерли.

Брел как-то домой с соляных работ один бедняк. Погода была отвратительная, дул страшный ветер и лил дождь. Человек торопился домой, к очагу, погреться и поужинать. Вдруг видит, сидит у камней сморщенная старушка. Жалко ему стало беднягу. Пойдем, говорит, старая, со мной, я тебя хоть покормлю.

Привел бабку домой, усадил у камина, укутал в одеяло, а сам взялся бульон варить. Та молчит.

Налил ей целую миску супа, дал ломоть хлеба. Та ест, да помалкивает.

Нашел откупоренную бутылочку вина. Давай, говорит, выпьем за твое здоровье. Рассказывай, кто ты, да куда идешь. Думал, бретонская нищенка, по-французски не понимает, раз не говорит ничего.

А она ему: "Ты хоть знаешь, кто я такая?" А откуда знать? Я, говорит, королева корриганов. Проверяла, каков ты человек. И теперь за доброту твою тебя награжу. Завтра вечером ступай на берег, там в скалистой пещере буду тебя ждать. Возьмешь из нашей сокровищницы столько, сколько сможешь унести.

Встала и ушла.

На следующую ночь явился бедняк с тремя сумками, куда велено. А в пещере дым коромыслом, пляски и веселье. Корриганы забавляются. Полна пещера золота, да камней драгоценных. Встретила его сама королева. Бери, что хочешь, да знай, с петухами все это исчезнет. Поторапливайся.

Всю ночь набивал работяга свои сумки, прерывался только иногда хорошую песню послушать. Забыл королевино предупреждение.

И вот закричали петухи. Очнулся мужичок, а поздно. Выскочил из пещеры, а все его добро уже в землю и песок обратилось.

Добрел до дома и впал в депрессию. Два дня с постели не вставал, жалел упущенного случая разбогатеть.

На третий стучат в дверь. Открывает, а там королева. Жалко, говорит, мне тебя, дурака. В пещеру нашу человеку только раз в жизни заходить можно. Тебе туда больше дороги нет. Но я вот принесла кое-что от сокровищ, чтоб ты не слишком убивался.

Это, говорит, блюдо волшебное. Какой еды не попросишь, всегда будет тебе.

И ушла.

С тех пор зажил работяга хоть и небогато, зато сытно.

Поговаривали, будто сумки свои с землей и песком зарыл он под менгиром одним, якобы с зарею оттуда можно золотишко и камушки доставать. А как проверишь? Менгир поднять не каждому под силу, а если и можно было бы, так наш мужичок сам все оттуда забрал.

Такая вот сказка. Есть у галлов и другие - про миску, что всегда полна, и волшебный горшочек. Все они предтечи легенд о Священном граале.

У нас вот про грааль, конечно, не трепали. Но скатерть-самобранка была. Только очень давно.

Маленький Фефе работал пастушком на большой ферме. Как-то раз из его стада пропала самая красивая овечка. Он долго бродил по округе, но так и не смог ее найти. Хозяин фермы чуть не треснул от ярости, когда Фефе сообщил о потере. Мальчика вышвырнули на улицу.

Фефе шел и плакал, он устал и был голоден. Вдруг видит, навстречу ему идет роскошно одетый господин. Тот тоже заметил пастушка, пожалел и предложит служить у себя на конюшне. Трех коней надо было кормить и чистить, и только жалкому забитому ослу ни под каким предлогом не следовало давать еды.

Здесь надо заметить, что господин этот был сам Дьявол.

Фефе служил исправно. Лошадки всегда были сыты и ухожены. Вот только ослик смотрел на мальчика такими несчастными глазами, что ребенок не мог устоять и однажды тайком от хозяина насыпал бедному животному отменную порцию овса. А потом чисто прибрал, чтобы никто не догадался.

На следующий день хозяин явился проверить лично, как идет работа. Фефе демонстративно скормил все сено коням, но для ослика отложил-таки собственную краюшку хлеба от обеда.

Когда хозяин удалился с конюшни, пастушок тихонько покормил осла, а сам остался голоден. Вдруг видит, у того между ушей засияло и появилась надпись: "Садись на меня и ничего не бойся". Фефе так и поступил.

Осел тут же взмыл в воздух и каким-то чудом просочился сквозь узенькое окошко, куда в обычные дни нормальному человеку и голову не протолкнуть. Оказались они посреди красивого сада, окруженного стенами. Но ослик не растерялся, стукнул легонько копытом по стене, она и раскрылась.

Они скакали так быстро, что и семимильным сапогам было бы не угнаться. Скоро перед ними уже был берег океана, такого чистого и прозрачного, что Фефе стал просить ослика пустить его к воде напиться.

Но тот только молча стукнул копытом, и вдруг откуда ни возьмись, приплыл к ним корабль ослепительной белизны, и никого на нем не было. Ослик ловко запрыгнул на борт.

Стоило им отчалить от берега, как океан почернел, завертелся воронками, началась гроза, волны чуть не опрокидывали судно. Маленький замученный Фефе сначала пытался молиться, а потом нечаянно заснул от усталости.

Когда он проснулся, небо было синее, океан чист. Фефе увидел, что корабль причалил к другому берегу. Мальчик спрыгнул на твердую землю и ощутил, что он уже не ребенок, а красивый молодой человек.

Осел прыгнул вслед за ним и тут же превратился в мужчину в наряде ослепительной красоты. Я, говорит, король здешних мест, богатый и могущественный. Но злой джин заколдовал меня, а Дьявол пытался сломить мою душу страданиями, а твою сделать черствой и заполучить нас себе в ад. Два года томился я на конюшне, но ты пожалел меня. Мы проплавали девять лет, все это время Дьявол боролся за наши души. Но мы выстояли. Я благодарен тебе и в награду предлагаю выбрать в жены любую из моих дочерей.

Тут появились предворные, челядь, а за ними и красивейшие девушки королевства. Фефе не растерялся и выбрал себе самую-самую.

Вот и сказке конец.

А ведь бывает, кормишь-кормишь какого-нибудь осла всю жизнь, а он так и не становится приличным человеком... Не всем везет. А кому везет, о тех сказки сказывают.

Если вам случится брести ночью проселочной дорогой и где-нибудь у ручья за каким-нибудь плетнем услыхать, будто кто-то белье полощет, перекреститесь и драпайте во все ноги не оглядываясь. Упаси Бог повстречаться с ночными прачками.

Вот был случай, возвращался с гулянки один селянин, никчемный человек, да будучи навеселе, нет чтоб лугом покороче, поплелся дальней дорогой через мосток над местной речушкой.

Идет себе, песни горланит. Вдруг слышит, кто-то плещется у воды. Взяло мужичка любопытство, он туда. Глядит, две женщины белье стирают, сами все в белом, лица будто высушенные, глаза проваленные.

Заметили они его. Поди, говорят, сюда, поможешь. А сами развернули свою простыню и в руки ему одним концом суют, выжимай. Пьянчужка стоит сам не свой, делает, чего велят.

Но любопытство сильнее алкоголя. Вы, спрашивает, чего это постирушки в такое неподходящее время затеяли? А как же, отвечают ему женщины, нынче ночью одному помирать, да саван не стиран.

Вдруг заскрипело что-то в соседнем лесу буреломном, словно колеса несмазанные, на всю округу. Прачки как сгинули. Только белое полотно у него в руках осталось. Мужичок от ужаса окаменел, даже протрезвился.

Смотрит - выкатывается повозка, а на ней страшный человек в широкополой шляпе. Чего, мол, смотришь? Я Анку, смертин прислужник. Послала меня хозяйка забрать тут бездельника одного, пьяницу и дебошира. Не знаешь такого?

Деревенщина с перепугу чуть не окочурился раньше времени. Молчит. Анку пригляделся к нему из-под шляпы. Уж не за тобой ли??? И давай хохотать диким хохотом. Мужик в обморок завалился, чего дальше было - не помнит.

Вот вы говорите, бред? А вот и нет, болваны. Это бретонская народная сказка в моем вольном изложении.

За именами, фамилиями и географическими подробностями просьба обращаться только в случае практической надобности.